Как мы прошли путь от «не бери на руки» до «не смей расстроить ребёнка»

Когда мы сегодня говорим про привязанность, контакт кожа-к-коже и важность первых месяцев жизни, это звучит почти как что-то очевидное и естественное. Но по историческим меркам это вообще очень новая идея.

Ещё совсем недавно мать и ребёнка после родов специально разделяли, и это считалось правильной, современной и научной медициной.

Как «правильная» медицина разрушала привязанность

С 1920-х до 1970-х годов в США и Европе женщина рожала, ей показывали младенца буквально на несколько секунд — и уносили в детскую палату иногда на несколько дней. Мать видела ребёнка через стекло или во время строго регламентированных кормлений по расписанию — минут по пятнадцать-двадцать несколько раз в день. Всё остальное время младенец находился отдельно под наблюдением персонала.

Почему? Потому что считалось, что матери опасны для детей:

⁍ они принесут инфекцию,
⁍ переутомятся,
⁍ неправильно возьмут на руки,
⁍ перекормят,
⁍ избалуют,
⁍ нарушат режим.

Детей кормили по часам, а не по потребности. Если ребёнок плакал через два часа после кормления — ждали положенного времени. Контакт кожа-к-коже после родов отсутствовал как явление. Совместное пребывание матери и младенца во многих роддомах вообще было запрещено.

Чем это обернулось

Проблема здесь не только в грудном вскармливании, хотя лактация в таких условиях действительно часто разрушалась.

Проблема в том, что привязанность формируется не через красивые слова про любовь, а через огромное количество очень простых повторяющихся событий:

⁍ Мне страшно — кто-то приходит;

⁍ Мне плохо — меня успокаивают;

⁍ Я плачу — меня берут на руки;

⁍ Я не справляюсь один — рядом есть взрослый, который выдержит меня и мир.

Нервная система младенца вообще собирается через контакт со взрослым. Через запах, голос, тепло тела, сердцебиение, предсказуемость присутствия.

И когда ребёнок часами лежит отдельно, а мать слышит плач младенцев и не может к нему подойти, это влияет не только на ребёнка. Это влияет на обе нервные системы сразу.

Потому что материнская привязанность тоже формируется не автоматически по факту родов, а через контакт, взаимодействие и опыт близости.

Когда это начало меняться

Только в 1970-х начали появляться серьёзные исследования о важности раннего контакта матери и ребёнка, о том, что разделение нарушает формирование привязанности, ухудшает психическое состояние женщины и затрудняет грудное вскармливание.

И по большому счёту это всё произошло совсем недавно.

Очень многие наши родители рожали в системе, где младенцев уносили сразу после родов, где на плач советовали «не брать лишний раз на руки», а близость воспринималась как риск избаловать ребёнка и вырастить из него что-то неправильное.

И вот здесь начинается очень интересная современная история.

Сегодня многие родители настолько боятся травмировать ребёнка, настолько напуганы идеей холодной матери и разрушенной привязанности, что мы местами качнулись в противоположную сторону.

Иногда кажется, что эти повзрослевшие младенцы теперь вообще не должны сталкиваться ни с фрустрацией, ни с ограничениями, ни с ответственностью, ни с чужим отказом.

⁍ Ребёнок расстроился — срочно спасаем.

⁍ Не справился — делаем за него.

⁍ Злится — страшно поставить границу, потому что вдруг травма.

⁍ Требует — значит у него дефицит любви.

И вот мать уже не взрослая фигура, рядом с которой ребёнок растёт, а человек, который обслуживает чужую тревогу и пытается не разрушить отношения любой ценой.

А что такое хорошая привязанность на самом деле?

Надёжная привязанность вообще не про вечное слияние.

Хорошая привязанность нужна ребёнку не для того, чтобы навсегда остаться возле матери, а для того, чтобы однажды начать от неё отходить.

Пробовать, ошибаться, сталкиваться с последствиями, выдерживать жизнь, рисковать, справляться самому. Потому что внутри уже есть ощущение: «Если я не вывезу — за моей спиной есть кто-то сильнее и устойчивее».

Вот это и есть база безопасности.

Где эта грань?

Мать действительно нужна ребёнку. Но не перманентно. И если ребёнок способен справляться сам, то иногда лучшая помощь — это не вмешиваться каждые пять минут, а выдержать собственную тревогу и дать ему возможность встретиться с жизнью самому.

И, кажется, именно эту тонкую грань между эмоциональным отсутствием и удушающим присутствием современные родители сейчас и пытаются нащупать.

Продолжаем в Закрытом Клубе

В июне в Закрытом Клубе мы будем разбирать привязанность во всех её проявлениях:

⁍ Как формируется контакт между родителем и подростком,

⁍ Почему он «не слышит»,

⁍ Как привязанность связана с правилами, санкциями, зависимостями и семейной иерархией.

Вход в Клуб с 1 по 3 число каждого месяца.